Что отличает цифровизацию от цифровой трансформации

Цифровая экономика, цифровизация и цифровая трансформация Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

ЦИФРОВАЯ ЭКОНОМИКА / ЦИФРОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ / ЦИФРОВИЗАЦИЯ / ЦИФРОВАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ / СЕТЕВОЙ ЭФФЕКТ / ЦИФРОВЫЕ ПЛАТФОРМЫ / БИЗНЕС / DIGITAL ECONOMY / DIGITAL TECHNOLOGIES / DIGITALIZATION / DIGITAL TRANSFORMATION / NETWORK EFFECT / DIGITAL PLATFORMS / BUSINESS

Аннотация научной статьи по экономике и бизнесу, автор научной работы — Камнева Виктория Викторовна

В статье рассмотрены понятия цифровая экономика, цифровизация и цифровая трансформация бизнеса . Выделена необходимость перестройки традиционных форматов представления информации на цифровые, в целях обеспечения роста эффективности бизнес-процессов и улучшения качества жизни, посредством увеличения скорости взаимообмена, доступности и защищенности информации. Глобальная технологическая революция определяет появление новых моделей ведения бизнеса , в том числе основанных на цифровых платформах . Яркими характеристиками платформенного бизнеса выступают: возможность быстрого масштабирования, создание новой ценности и её вывод на рынок, отказ от посредников, циклы обратной связи с покупателями и другие. Технологические инновации XXI века определили появление нового экономического феномена сетевой эффект , являющийся основным источником ценности и конкурентным преимуществом в платформенном бизнесе .

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по экономике и бизнесу , автор научной работы — Камнева Виктория Викторовна

Цифровая экономика: новые возможности и угрозы для развития мирового хозяйства
Перспективы развития цифровой экономики в России
Платформенный капитализм как источник формирования сверхприбыли цифровыми рантье
Цифровая трансформация деятельности предпринимательских структур
Цифровая экономика и ее роль в управлении современными экономическими отношениями
i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Digital economy, digitization and digital transformation

The article deals with the concepts of digital economy, digitalization and digital transformation of business . The necessity of restructuring the traditional formats of information presentation to digital ones is highlighted in order to ensure the growth of business processes efficiency and improve the quality of life by increasing the speed of interchange, availability and security of information. The global technological revolution is shaping the emergence of new business models, including those based on digital platforms . Bright characteristics of the platform business are: the ability to quickly scale, create new value and bring it to market, the rejection of intermediaries, feedback cycles with customers and others. Technological innovations of the XXI century have determined the emergence of a new economic phenomenon-the network effect , which is the main source of value and competitive advantage in the platform business .

Текст научной работы на тему «Цифровая экономика, цифровизация и цифровая трансформация»

Цифровая экономика, цифровизация и цифровая трансформация

Digital economy, digitization and digital transformation

Камнева Виктория Викторовна

Студент 4 курса Профессионально-педагогический институт Южно-Уральский государственный гуманитарно-педагогический университет пр. Ленина, 69, г. Челябинск, Челябинская область, 454080, Российская Федерация

Kamneva Victoria Viktorovna

Student 4 term Professional Pedagogical Institute South Ural State University of Humanities and Education 69, Lenin Av., Chelyabinsk, Chelyabinsk oblast, 454080, Russian Federation

Научный руководитель Гнатышина Елена Александровна

профессор кафедры подготовки педагогов профессионального обучения и предметных методик, кандидат педагогических наук Южно-Уральский государственный гуманитарно-педагогический университет пр. Ленина, 69, г. Челябинск, Челябинская область, 454080, Российская Федерация

Scientific adviser Gnatyshina Elena Aleksandrovna

Professor of the Department of Training of Teachers of Occupational Education and of Subject Methods,

Candidate of Pedagogical Sciences South Ural State University of Humanities and Education 69, Lenin Av., Chelyabinsk, Chelyabinsk oblast, 454080, Russian Federation

В статье рассмотрены понятия цифровая экономика, цифровизация и цифровая трансформация бизнеса. Выделена необходимость перестройки традиционных форматов представления информации на цифровые, в целях обеспечения роста эффективности бизнес-процессов и улучшения качества жизни, посредством увеличения скорости взаимообмена, доступности и защищенности информации. Глобальная технологическая революция определяет появление новых моделей ведения бизнеса, в том числе основанных на цифровых платформах. Яркими характеристиками платформенного бизнеса выступают: возможность быстрого масштабирования, создание новой ценности и её вывод на рынок, отказ от посредников, циклы обратной связи с покупателями и другие. Технологические инновации XXI века определили появление нового экономического феномена — сетевой эффект, являющийся основным источником ценности и конкурентным преимуществом в платформенном бизнесе.

The article deals with the concepts of digital economy, digitalization and digital transformation of business. The necessity of restructuring the traditional formats of information presentation to digital ones is highlighted in order to ensure the growth of business processes efficiency and improve the quality of life by increasing the speed of interchange, availability and security of information. The global technological revolution is shaping the emergence of new business models, including those based on digital platforms. Bright characteristics of the platform business are: the ability to quickly scale, create new value and bring it to market, the rejection of intermediaries, feedback cycles with customers and others. Technological innovations of the XXI century have determined the emergence of a new economic phenomenon-the network effect, which is the main source of value and competitive advantage in the platform business.

Ключевые слова: цифровая экономика, цифровые технологии, цифровизация, цифровая трансформация, сетевой эффект, цифровые платформы, бизнес.

Key words: digital economy, digital technologies, digitalization, digital transformation, network effect, digital platforms, business.

Четвертая промышленная революция выступает новой эрой развития общества, где стираются грани между физическими, цифровыми и биологическими технологиями. Цифровые технологии разрушают ограничения пространства и времени, изощренные программные средства объединяют покупателей и производителей точнее, быстрее и проще, чем раньше, а бизнес-платформы, использующие технологии объединения организаций, ресурсов и населения в интерактивной экосистеме, позволяют создавать и распространять поразительный объём ценности для пользователей.

Высокий интерес к такому явлению как «цифровизация» со стороны политиков, бизнесменов, журналистов, обуславливает появление в средствах массовой информации и научных трудах большого количества синонимов данного термина. Наиболее популярными являются «цифровая экономика», «цифровизация» и «цифровая трансформация», которые по своей сути имеют разную природу.

Европейская часть научного сообщества и научные труды российских экономистов в большей степени используют термин «цифровая экономика». В таблице 1 представлены наиболее популярные определения данного понятия.

Таблица 1. Определения понятия «цифровая экономика»

Автор, источник Определение

Иванов В.В. — доктор экономических наук, член-корреспондент РАН «Цифровая экономика — виртуальная среда, которая дополняет нашу реальность. При этом виртуальная реальность, это все же продукт мыслительной деятельности человека, а появление компьютера позволило её оцифровать» [5].

Мещеряков Р.В. — профессор РАН, доктор технических наук «Цифровая экономика — экономика, основанная на цифровых технологиях, то есть исключительно область электронных товаров и услуг, а так же экономическое производство с использованием цифровых технологий» [6].

Энговатова А.А. — кандидат экономических наук, доцент МГУ имени М.В. Ломоносова «Цифровая экономика — это экономика, которая основана на новых методах генерирования, обработки, хранения, передачи данных, а также цифровых компьютерных технологиях» [8]

Дини П. — профессор кафедры бизнеса и вычислительной техники, колледж Боде, Австрия «Цифровая экономика — экосистема, определяющаяся совокупностью устройств, сервисов и технологий» [9].

Х. Донг — заслуженный профессор, материалы Третьей Международной конференции по сетям и услугам, Вашингтон «Цифровая экономика — цифровые артефакты и инфраструктура передачи данных, их хранения и обработки, пользователей систем, включая социальные, экономические, политические, психологические и иные факторы, влияющие на осуществление взаимодействий» [10].

Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации на 20172030 годы «Цифровая экономика — хозяйственная деятельность, в которой ключевым фактором производства являются данные в цифровом виде, обработка больших объемов и использование результатов анализа которых по сравнению с традиционными формами хозяйствования позволяют существенно повысить эффективность различных видов производства, технологий, оборудования, продажи, доставки товаров и услуг» [7].

Программа «Цифровая экономика Российской Федерации» «Цифровая экономика — хозяйственная деятельность, ключевым фактором производства в которой являются данные в цифровой форме. Она способствует формированию информационного пространства с учетом потребностей граждан и общества в получении качественных и достоверных сведений, развитию информационной инфраструктуры РФ, созданию и применению российских информационно -телекоммуникационных технологий, а также формированию новой технологической основы для социальной и экономической сферы» [2].

В.В. Путин — Президент Российской Федерации «Цифровая экономика — инструмент, обеспечивающий оперативность и качество экономических отношений, но никоим образом не подменяющий экономические законы, профессиональное знание инженерии и опыт работы в промышленности» [1].

Распоряжение Правительства Российской Федерации от 28 июля 2017 г. N° 1632-р «Об утверждении программы «Цифровая экономика Российской Федерации» «Цифровая экономика — правоотношения, складывающиеся между физическими и юридическими лицами по поводу сквозных цифровых технологий, перечисленных Правительством Российской Федерации в Программе «Цифровая экономика Российской Федерации»» [3].

Все понятия, указанные в таблице 1, выделяют лишь некоторые существенные особенности рассматриваемого явления, однако можно выделить признаки присущие каждому термину:

1) использование информационно-коммуникационных технологий для обеспечения взаимодействий между объектами;

2) использование всемирной сети Internet, сенсорных сетей, мобильных сетей, возможность работы в режиме online;

3) применение инновационный цифровых каналов связи, способов учёта, обработки и хранения информации;

4) создание новых бизнес-моделей, новых рынков и потребителей.

Учитывая существующие определения и признаки цифровой экономики, можно обобщенно рассматривать данный феномен как систему социально-экономических отношений, которая основана на применении масштабного количества данных, генерируемых и перерабатываемых в различных информационных системах, посредством новейших математических методов и моделей переработки данных, и направленную, в целях получения прибыли, на создание новых производств, платформ, моделей управления, новых рынков и новых потребителей. Стоит отметить, что цифровая экономика охватывает все аспекты производственно -хозяйственной деятельности: производство, менеджмент, маркетинг, финансы, внешние каналы связи, и нацелена на повышение эффективности и конкурентоспособности бизнеса и экономики в целом.

Основным трендом эффективного развития цифровой экономики выступает цифровизация. Именно она является основой цифровой экономики и обуславливает перестройку традиционных форматов представления информации на цифровые, в целях обеспечения роста эффективности бизнес-процессов и улучшения качества жизни, посредством увеличения скорости взаимообмена, доступности и защищенности информации, возрастания роли автоматизации. Схематически соотношение цифровой экономики и цифровизации представлено на рисунке 1.

Цифровизация определяет создание в экономическом пространстве цифровых платформ, которые позволяют решать вопросы стратегического характера в области образования и науки, медицины, транспорта, государственного управления, промышленности и т.д., то есть происходит трансформация природы экономико-производственных отношений.

Политико-экономическая ситуация в мире обуславливает высокое внимание к конкурентоспособности стран, которая определяется конкурентоспособностью бизнеса функционирующему на их территории. В свою очередь конкурентоспособность бизнеса напрямую зависит от его гибкости, скорости реакции на происходящие изменения, в том числе на вызовы цифровой экономики. Результатом процесса цифровизации выступает цифровая трансформация объекта, в частности бизнеса. Цифровая трансформация бизнеса определяется степенью использования цифровых технологий в производственно-хозяйственной деятельности, обеспеченностью программными средствами, уровнем цифровой грамотности персонала и т.п..

Современные условия ведения бизнеса обуславливают необходимость постоянного поиска инновационных решений и новых бизнес-моделей, основанных на цифровых технологиях, а так же на адаптацию готовых бизнес-решений к российским условиям. Несомненно, использование персонального компьютера, наличие электронной почты и интернет-сайта компании в XXI веке не является её конкурентным преимуществом, здесь стоит вопрос о её выживаемости на рынке. Однако, внедрение информационных систем сбора клиентской информации, онлайн-каталогов, рекламных цифровых презентаций, мобильных приложений, разработка и вывод на рынок дополнительных и (или) принципиально новых цифровых продуктов может стать драйвером повышения эффективности бизнес-процессов.

Цифровая трансформация рождает новые рынки, что делает актуальным платформенную модель ведения бизнеса, которой присущи такие признаки как: эффективное масштабирование при исключении посредников, раскрытие новых источников создания и передачи ценностей, увеличение каналов обратной связи [4]. В отличии от ХХ века, где появление монополий во многом связано с экономией за счет роста производства, XXI век выдвигает на первый план сетевой эффект, то есть экономию за счет роста спроса. На это влияют такие факторы как эффективность социальных сетей, развитие приложений, агрегирование спроса и другие. Стоит отметить, что цифровая трансформация бизнеса характеризуется не только использованием цифровых технологий в бизнес-процессах, но и более гибким мышлением топ-менеджмента компаний.

Цифровая трансформация бизнеса на сегодняшний день выступает неизбежным процессом адаптации к новым условиям цифровой экономики. Игнорирование текущих процессов приведет к потери эффективности бизнеса и его исчезновению, под давлением новых рыночных условий и более прагматичных гибких «цифровых» конкурентов.

Список используемой литературы:

1. Деловая электронная газета «Бизнес Online» [Электронный ресурс]. — Электрон. дан. — Режим доступа: https://www.business-gazeta.ru/article/352849 (дата обращения: 20.01.2020)

2. Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ [Электронный ресурс]. -Электрон. дан. — Режим доступа: https://digital.gov.ru/ru/activity/directions/858/ (дата обращения: 22.01.2020)

3. Распоряжение Правительства Российской Федерации от 28 июля 2017 г. № 1632-р «Об утверждении программы «Цифровая экономика Российской Федерации»

4. Революция платформ. Как сетевые рынки меняют экономику — и как их заставить работать на вас / Джеффри Паркер, Маршалл ванн Альстин, Санджит Чаудари; пер. с англ. Е. Пономаревой. — М.: Манн, Иванов и Фербер, 2017.-304с.

5. Сетевое издание «РИА Новости» [Электронный ресурс]. — Электрон. дан. — Режим доступа: https://ria.ru/20170616/1496663946.html (дата обращения: 28.01.2020)

6. Сетевое издание «РИА Новости» [Электронный ресурс]. — Электрон. дан. — Режим доступа: https://ria.ru/science/20170616/1496663946.html (дата обращения: 26.01.2020)

7. Указ Президента РФ от 9 мая 2017 г. № 203 «О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2030 годы» [Электронный ресурс]. — Электрон. дан. — Режим доступа: http://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/71570570/ (дата обращения: 22.01.2020)

8. Филиппова, И.А. Развитие цифровой экономики в России [Электронный ресурс] / И.А. Филиппова, Д.Д. Незванов // Вестник УлГТУ. — 2018. — №3 URL: https://cyberleninka.ru/artide/n/razvitie-tsifrovoy-ekonomiki-v-rossii (дата обращения: 25.01.2020).

9. Dini P. Network of Digital Business Ecosystems for Europe: Roots, Processes and Perspectives. Digital Business Ecosystems. Bruxelles: European Commission. — 2017. — pp. 26-29.

10. H. Dong, F.K. Hussain An Integrative view of the concept of Digital Ecosystem // Proceedings of the Third International Conference on Networking and Services. Washington, USA: IEEE Computer Society. — 2017. — pp. 42-44.

Что такое цифровая трансформация?

Цифровая трансформация — это не просто внедрение новых технологий в существующей организации: не достаточно разработать сайты, чат-боты, приложения и подключить соцсети, чтобы считаться цифровой компанией или, скажем, государственной структурой. На самом деле, цифровая трансформация — это не только инвестиции в новые технологии (искусственный интеллект, блокчейн, анализ данных и интернет вещей), но и глубокое преобразование продуктов и услуг, структуры организации, стратегии развития, работы с клиентами и корпоративной культуры. Иными словами, это революционная трансформация модели организации.

Цифровая трансформация – это только про бизнес?

Цифровая трансформация касается любой сферы. Например, активная цифровизация происходит в здравоохранении. «Облачные» решения для хранения Big Data (результаты анализов, снимки), телемедицина, приборы удаленного мониторинга состояния пациентов и мобильные приложения по поиску врача меняют подход к лечению. Цифровая трансформация происходит и в образовании. Сейчас почти в каждой современной школе висят интерактивные доски, у школьников есть электронные дневники, а учителя активно пользуются соцсетями, чтобы оставаться с учениками на связи и консультировать по домашней работе. Правда, цифровая трансформация образования не исчерпывается заменой тетради компьютером. Технологии позволяют применять методы, которые не могут быть реализованы при обычном контактном обучении. Например, ученики должны создавать аудио- и видео-контент, делать совместные проекты. То есть IT начинает выступать в качестве важного инструмента мышления. Цифровая трансформация происходит также в сельском хозяйстве, строительстве, госуправлении и многих других сферах.

Зачем нужна цифровая трансформация, если дела компании идут хорошо?

С каждым днем спрос на цифровые технологии для бизнеса на рынке растет. Сейчас клиенты ожидают, что любое их желание — даже необычное — будет выполнено максимально быстро и точно. Именно прорывные технологии помогают решить эти задачи. Предприятия, которые не смогут адаптироваться к требованиям цифрового потребителя, скорее всего, обанкротятся и перестанут существовать. Их уничтожат новые высокотехнологичные компании, потому что потребители получат доступ к более продвинутым сервисам. Часто компании тратят огромные средства на поддержание устаревших технологий, которые уже давно не приносят большой прибыли и не соответствуют требованиям цифрового рынка. Сохранять устаревшие технологии в рабочем состоянии — слишком дорого, модернизировать — еще дороже. К тому же для их обслуживания требуется не один человек. Намного легче потратиться на новейшие технологии и расширять пул клиентов, чем медленно разоряться, пытаясь поддерживать нерентабельный бизнес.

Обязательно строить цифровой бизнес с нуля?

Цифровой бизнес можно построить с нуля, а можно изменить уже существующий. Например, «Тинькофф» — пример цифрового бизнеса, построенного с нуля, а вот Сбербанк трансформировали, чтобы он смог конкурировать на рынке банковских услуг. С одной стороны, запуск цифрового бизнеса с нуля требует наличия технологических компетенций и предполагает определенную долю риска: готовых решений зачастую нет, и сложно делать прогнозы. С другой — цифровая трансформация существующего предприятия иногда требует полного уничтожения имеющейся бизнес-модели. Так что предприниматель должен сам оценить масштаб потенциальных рисков.

Какими компетенциями должен обладать менеджер?

Набор навыков и умений менеджера по инновациям или менеджера по управлению изменениями должен включать в себя как hard skills, так и soft skills. Создание новых бизнес-моделей, умение работать с новейшими технологиями (искусственный интеллект, робототехника, AR и VR, блокчейн, интернет вещей), анализ данных, владение продвинутыми методами управления проектами (6 Sigma, DevOps, Scrum, Kanban, Lean, PRINCE2) относятся к «твердым» навыкам, то есть профессиональным компетенциям, которые легко проверить, например, с помощью тестирования. Soft skills нужны для эффективного взаимодействия с командой, партнерами и клиентами. Часто их называют личными качествами. Это коммуникационные навыки, эмоциональный интеллект, дизайн-мышление (то есть ориентация на пользователя при разработке товара), адаптивность.

Как обычно проводят цифровизацию бизнес-процессов?

Цифровая трансформация должна начинаться с верхнего уровня: за разработку цифровой стратегии отвечает не только директор по технологиям, но и руководитель компании. Если же у руководителя нет навыков работы с цифровыми технологиями, необходимо нанять нового — и желательно из более «цифровизованной» отрасли. В команде должно быть не менее пяти технических экспертов высокого уровня, а еще experience-дизайнер — специалист по дизайну клиентского опыта. Только после того, как команда сформирована, можно думать о разработке продукта. Обеспечен ли бизнес необходимой инфраструктурой — то есть набором технологий, которые помогут в дальнейшем в его развитии? Чтобы ответ был утвердительным, бизнесу нужны профессионалы в области безопасности, облачных технологий, промышленных коммуникаций и аналитики. А дальше нужно повышать уровень технологического IQ остальных сотрудников, адаптировать их к нововведениям, новому стилю управления и работы, вовлекать их в процесс перехода на новый этап развития.

Почему цифровая трансформация может провалиться?

Цифровая трансформация может провалиться из-за неверно поставленных приоритетов. В центре внимания многих компаний, как правило, стоят стоимость и результат, а не сами технологии. Все потому, что высшее руководство этих предприятий чересчур консервативно. Затормаживает внедрение инноваций также нехватка компетентных специалистов, недостаток инвестиций, недостаточная зрелость бизнес-процессов и низкий уровень автоматизации.

Как узнать больше о цифровой трансформации?

• «Как работает Google», Эрик Шмидт
• «Разумный инвестор», Бенджамин Грэм
• «Scrum. Революционный метод управления проектами», Джефф Сазерленд
• «Руководство по DevOps», Джин Ким, Патрик Дебуа,
• «Эпоха Agile. Как умные компании меняются и достигают результатов», Стивен Деннинг

Пять уровней цифровизации бизнеса: как в России стать компанией будущего

По итогам первого полугодия 2020 года только 11% российского бизнеса отличается высоким уровнем цифровизации. Общий индекс цифровизации составляет 50 пунктов из 100. На диаграмме, созданной по результатам опроса KMDA в 2020 году, показаны уровни развития цифровой инфраструктуры компаний в России:

Как видно из этой диаграммы, 83% российских бизнесов находятся на первой-второй стадии цифровизации. Это значит, что у них нет CRM-системы, организованного сбора и анализа данных, возможности анализировать свою аудиторию и ее нужды. А значит, они не могут развиваться настолько быстро, чтобы успевать за меняющимся миром.

Первый уровень цифровизации

• поделиться с сотрудниками целями цифровизации;
• рассказать о трендах и их важности;
• показать основные инструменты для работы (такие как CRM — система управления взаимоотношениями с клиентами и ERP — система управления предприятием);
• создать общую для организации ИТ-стратегию;
• рассказать, как будет проходить процесс, и выстроить правильную мотивацию;
• донести важность лидерства компании в будущем и шаги, которые нужно для этого предпринять.

Второй уровень цифровизации

После того, как вы начали уверенно себя чувствовать на первом уровне, пора переходить на второй. С этим вам поможет установка CRM, ERP и правильный сбор и анализ данных.

По данным Росстата, уровень проникновения CRM — системы управления взаимоотношениями с клиентом — в России в 2019 году составлял всего 15,7%. С учетом пандемии и перехода большинства компаний на удаленку этот показатель несомненно продолжит рост. Пока нет четких цифр использования CRM в 2020 и 2021 годах, однако уже известно, что за 2020 год в России было продано лицензий на ₽5 млрд, а объем рынка внедрения составил от ₽10 млрд до ₽20 млрд.

Пока многие финансисты и аналитики говорят о тренде на использование CRM, малый бизнес не спешит внедрять эти системы из-за ряда причин:

• небольшим компаниям хватает бесплатных инструментов для сбора данных, которых полно на рынке;
• малый бизнес не доверяет сторонним компаниям-провайдерам и переживает о краже данных.

Получается замкнутый круг — на втором уровне цифровизации находится малый бизнес, в котором отсутствуют автоматизированные механизмы сбора и анализа данных вроде CRM-систем. Чтобы перейти на следующие уровни и расширяться, им необходимо внедрить эти инструменты. Но из-за указанных причин они отказываются это делать и остаются на низших уровнях цифровизации.

При этом польза от внедрения CRM и ERP-систем намного превышает риски. Эти механизмы помогают компаниям правильно собирать и анализировать данные, то есть изучить своих потребителей и их потребности, а также ключевые показатели своего бизнеса. На основе этих данных они могут расширяться и добавлять новые продукты или услуги в свое предложение.

Третий уровень цифровизации

Чтобы попасть на третий уровень цифровой трансформации, компаниям нужно корректное описание бизнес-процессов и четкая ИТ-стратегия.

Такая стратегия разрабатывается на трех организационных уровнях:

1. корпоративном (уровень стратегического управления компании);
2. деловом (уровень бизнес-единицы);
3. функциональном (уровень отдела компании: маркетинг, сбыт, логистика и так далее).

ИТ-стратегия нужна, чтобы не слить бюджет, оцифровывая все процессы без расстановки приоритетов. При ее разработке необходимо выполнить анализ и определить, какие конкурентные преимущества есть на всех уровнях, и какие инструменты подойдут для каждого из них.

Например, отделу маркетинга точно нужна CRM-система. Она поможет выстраивать отношения с клиентами, автоматизировать бизнес-процессы, управлять финансами, отправлять рассылки покупателям и сообщать им о новых предложениях и акциях.

Для финансового департамента CRM может быть не нужна, но им не обойтись без учетной системы и финансовых инструментов, чтобы вести бухгалтерию и планировать бюджет.

Для большинства компаний третий уровень цифровизации даст необходимые преимущества, чтобы успешно вести бизнес. Но чтобы стать цифровым гигантом и перейти на четвертый и пятый уровни, недостаточно лишь подготовить ИТ-стратегию, необходимо заложить в этой стратегии продвинутые инструменты автоматизации: предикативную самокоррекцию и открытые интерфейсы.

Четвертый уровень цифровизации

Именно инструменты предикативной самокоррекции помогут бизнесу перейти на четвертый уровень цифровой трансформации.

Предикативная (она же предсказательная) аналитика — это интеллектуальный анализ данных, который включает статистическое моделирование, изучение исторического опыта и планирование результатов на основе полученных моделей. Сегодня такой аналитикой пользуются передовые компании: крупные ретейлеры, банки.

С помощью предикативной аналитики можно прогнозировать спрос на товары в зависимости от погоды и других факторов, оценивать качество заемщика по тому, как он ведет себя в социальных сетях.

«Внедрение инструментов предикативности позволяет дополнительно увеличить устойчивость и эффективность цифровой инфраструктуры, строить гипотезы и играть на опережение по сравнению с конкурентами. Исходя из аналитического отчета KMDA, посвященного цифровой трансформации, только 3% компаний сейчас используют такие инструменты», — подчеркивают эксперты консалтинговой фирмы UXSSR.

Здесь также важно понимать, что предикативный анализ сейчас стал намного доступнее — не обязательно открывать отдел, который будет заниматься анализом. Уже есть компании, которые на аутсорсинге предлагают готовые шаблоны для настройки самых популярных прогнозов.

Пятый уровень цифровизации

За переход и закрепление на пятом уровне цифровизации отвечает целый комплекс инструментов, которые называются открытой цифровой инфраструктурой. Главное здесь — это использование открытых цифровых интерфейсов (API).

Внедрение API дает возможность бизнесам открывать свои системы сторонним разработчикам. Это увеличивает аудиторию и дает пользователям более бесшовный опыт. Простой пример использования API — это регистрация на сайте с использованием данных вашей страницы в соцсетях.

Технологии API позволяют эффективно решать три задачи любого бизнеса: его развитие, разработку продуктов и сервисов, управление ресурсами и поставками. Именно поэтому можно утверждать, что именно за открытым подходом стоит будущее, и многие крупные компании это понимают.

Подобрать примеры компани для первых четырех уровней несложно, но на пятом уровне цифровизации находится не так много российских бизнесов. Среди них можно выделить X5 Retail Group.

Почему мы считаем, что Х5 находится на пятом уровне цифровизации?

1. Открытые цифровые интерфейсы. В 2020 году поставщики Х5 получили возможность загружать данные о товарах онлайн по API. Теперь зарегистрированные пользователи площадки смогут установить себе софт одного из контент-провайдеров и передавать через него данные о своих товарах сразу в систему X5.
2. Прозрачное взаимодействие с поставщиками. Сеть «Перекресток» разработала и внедрила сквозную систему управления жизненным циклом товаров Product Lifecycle Management (PLMX). PLMX позволит сократить срок запуска новых СТМ-товаров (собственной торговой марки. — РБК Тренды) на 38%. С ее помощью можно управлять запуском новых СТМ-товаров в течение всего их жизненного цикла: от момента формирования идеи по товару и проработки его деталей до попадания на полку супермаркета и сбора аналитики по продажам.
3. Удобное взаимодействие с клиентом. X5 Retail Group запускают новый продукт — подписку на различные сервисы по типу «Сбер Прайм» и «Яндекс Плюс». В рамках сервиса подписки компания планирует сделать персональные скидки в сетях «Пятерочка», «Перекресток», онлайн-сервисе «Перекресток Впрок», доставках «Быстро» и «Около» до 10%. Кроме того, компания хочет привлечь партнеров, например, химчистки, и предоставить скидки на их услуги.

Выводы

Цифровая трансформация уже происходит, хотите вы этого или нет. И именно она определяет будущее вашей компании и ваши взаимоотношения с клиентами.

Но даже цифровым гигантам на пятом уровне нельзя расслабляться, потому что технологии развиваются очень быстро, а с ними растут и потребности клиентов.

Также стоит отметить, что уже довольно скоро появятся шестой и седьмой уровни цифровизации.

Есть и хорошие новости — чтобы внедрить инновации у себя, не обязательно быть цифровым гигантом. Многие функции можно отдать на аутсорсинг. Но для этого важно понимать:

1. на какой стадии цифровизации находится ваша компания;
2. какая цифровая бизнес-модель подходит вашему бизнесу;
3. в чем будет ваше конкурентное цифровое преимущество.

Среди приоритетных направлений цифровизации мы выделяем следующие:

• экосистемы,
• предотвращение углеродного следа,
• проекты на стыке ХR,
• машинное обучение,
• интерактивные технологии и фиджитал-продукты.

ОЦИФРОВКА, ЦИФРОВИЗАЦИЯ И ЦИФРОВАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ В КОНТЕКСТЕ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ И ОРГАНИЗАЦИОННО-УПРАВЛЕНЧЕСКИХ ИННОВАЦИЙ Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

В статье анализируется содержание понятий « дигитизация », « цифровизация » и « цифровая трансформация ». Исследуется взаимосвязь, различия и соотношение между данными категориями. Предлагается рассматривать категорию дигитизации как подпроцесс цифровизации, а процесс цифровизации как технологический драйвер цифровой трансформации. Обосновывается взаимообусловленность процессов цифровизации и инновационного развития. Выявлена роль и место цифровизации в интенсификации инновационной деятельности и обусловленность результативности цифровой трансформации соответствующими организационно-управленческими инновациями .

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по экономике и бизнесу , автор научной работы — Турковский С. Р.

ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ ЦИФРОВИЗАЦИИ ЭКОНОМИКИ НА ПОСТСОВЕТСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ
ОСОБЕННОСТИ ЦИФРОВИЗАЦИИ ЭКОНОМИКИ КАК ОСНОВЫ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ ОБЩЕСТВА

УПРАВЛЕНИЕ ЦИФРОВОЙ ТРАНСФОРМАЦИЕЙ ПРОМЫШЛЕННЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ В ЦЕЛЯХ ОБЕСПЕЧЕНИЯ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ РЕГИОНА

ЦИФРОВАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ ЦЕПЕЙ ПОСТАВОК В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ ИЗМЕНЯЮЩЕЙСЯ ВНЕШНЕЙ СРЕДЫ

ОБОСНОВАНИЕ СБАЛАНСИРОВАННОГО КОНЦЕПТУАЛЬНОГО ПОДХОДА К ПРОЦЕССУ ЦИФРОВИЗАЦИИ В АСПЕКТЕ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ ОТЕЧЕСТВЕННЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

DIGITIZATION, DIGITALIZATION AND DIGITAL TRANSFORMATION IN THE CONTEXT OF INNOVATIVE DEVELOPMENT AND ORGANIZATIONAL AND MANAGEMENT INNOVATIONS

The article analyzes the content of the concepts of digitization, digitalization and digital transformation. The interrelation, distinctions and a parity between the given categories is investigated. It is proposed to consider the category of digitization as a sub-process of digitalization, and the digitalization process as a technological driver of digital transformation. The interdependence of the processes of digitalization and innovative development is substantiated. The role and place of digitalization in the intensification of innovative activity and the conditionality of the effectiveness of digital transformation by the corresponding organizational and managerial innovations are revealed.

Текст научной работы на тему «ОЦИФРОВКА, ЦИФРОВИЗАЦИЯ И ЦИФРОВАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ В КОНТЕКСТЕ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ И ОРГАНИЗАЦИОННО-УПРАВЛЕНЧЕСКИХ ИННОВАЦИЙ»

УДК 005.418+001.895 JEL O33

ОЦИФРОВКА, ЦИФРОВИЗАЦИЯ И ЦИФРОВАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ В КОНТЕКСТЕ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ

И ОРГАНИЗАЦИОННО-УПРАВЛЕНЧЕСКИХ ИННОВАЦИЙ

Российский экономический университет имени Г. В. Плеханова

г. Москва, Российская Федерация

В статье анализируется содержание понятий «дигитизация», «цифровиза-ция» и «цифровая трансформация». Исследуется взаимосвязь, различия и соотношение между данными категориями. Предлагается рассматривать категорию ди-гитизации как подпроцесс цифровизации, а процесс цифровизации как технологический драйвер цифровой трансформации. Обосновывается взаимообусловленность процессов цифровизации и инновационного развития. Выявлена роль и место цифровизации в интенсификации инновационной деятельности и обусловленность результативности цифровой трансформации соответствующими организационно-управленческими инновациями.

Ключевые слова: дигитизация, цифровизация, цифровая трансформация, организационно-управленческие инновации.

Цитирование: Турковский, С. Р. Оцифровка, цифровизация и цифровая трансформация в контексте инновационного развития и организационно-управленческих инноваций / С. Р. Турковский // Экономическая наука сегодня : сб. науч. ст. / БНТУ. -Минск, 2023. — Вып. 17. — С.186-195. https://doi.org/10.21122/2309-6667-2023-17-186-195

Введение. Начиная с последней четверти ХХ в. развитие информационно-коммуникационных технологий обеспечило трансформацию и объединение разрозненных национальных рынков в высококонкурентную глобализированную рыночную среду. Начало XXI в., в свою очередь, ознаменовалось дальнейшим развитием данной тенденции, обусловленным расширением информационно-коммуникационной инфраструктуры, активным внедрением сетевых и мобильных технологий. В научной и научно-практической литературе данные процессы отождествляются с формированием так называемой «цифровой экономики» и обозначаются сразу несколькими терминами: «цифровизация», «цифровая трансформация», «дигитизация», «цифровая экономика». При этом в своей совокупности наблюдаемые тенденции формируют комплекс количественных и качественных изменений на многих уровнях и во многих сферах социума.

Например, в сфере производства освоение цифровых технологий способствует дальнейшей автоматизации и снижению всех видов издержек, положительно влияя на производительность труда. В коммерческой деятельности цифровые технологии ускоряют и облегчают процессы заключения и реализации контрактов, что снижает трансакционные издержки и повышает динамичность сферы обращения. Затрагиваются такие экономически значимые сферы, как взаимодействие социума с государством, создание и потребление общественных благ. Однако эти процессы не ограничиваются узкими технико-экономическими рамками. Цифровая трансформация влияет на инди-

видуальное поведение и человеческие отношения в целом. В рамках цифровизации органично соединяется социальное и техническое, трансформируются социальные практики, научный дискурс, общественные нормы, характер и способы потребления, а также социальная структура и инфраструктура. Цифровой мир и социум постоянно взаимодействуют в многообразных аспектах, будь то технологии, технологические системы, артефакты или данные, соединяясь и взаимодополняя друг друга.

Если на ранних этапах информатизации информационно-коммуникационные технологии были, в первую очередь, предметом инновационной активности, а на стыке ХХ и XXI вв. — ее ключевым инструментом, то сегодня они становятся источником необходимости в инновациях. В связи с комплексными многомерными изменениями общества предприятия сталкиваются с накапливающимися требованиями заинтересованных сторон, будь то изменяющиеся потребности, способы коммуникации, подходы к обслуживанию, управлению и прозрачности деятельности. Непрерывно изменяющаяся внешняя среда требует от экономических субъектов стратегической переориентации и постоянной приоритизации множества целей.

Таким образом, цифровая повестка актуализирует исследования характера, направлений, и, в особенности, специфики инновационной активности в экономике на современном этапе. Требуют дальнейшей разработки вопросы сущности процессов и соотношения понятий цифровизации, дигитизации и цифровой трансформации, взаимосвязи и взаимообусловленности данных процессов с инновационной деятельностью, роли и места в данном контексте организационно-управленческих инноваций, что и является целью данной статьи.

Результаты и обсуждение. В современной научной и научно-практической литературе активно применяются такие термины как «цифровизация / дигитализация», «цифровая трансформация» и, реже, «дигитизация / оцифровка». Зачастую данные термины употребляются в одном и том же контексте и нередко используются как синонимы. Так, например, И. И. Савельев утверждает, что «цифровизация или цифровая трансформация — это системный подход к использованию цифровых ресурсов для повышения производительности труда, конкурентоспособности и экономического развития в целом» [1, c. 14]. Е. М. Ильина, при всем разнообразии трактовок, предлагает поставить знак равенства между всеми тремя категориями, утверждая, что «термин «цифровизация» / «диджитализация» / «дигитализация» в научном дискурсе трактуется в узком техническом контексте как оцифровка <. >и в широком смысле как социально-экономическая трансформация, инициированная массовым внедрением и освоением цифровых технологий» [2, c. 33].

Признавая тот факт, что категории «дигитизации», «цифровизации» и «цифровой трансформации» на самом деле взаимосвязаны, следует тем не менее отметить, что в рамках эволюции социально-экономических отношений и общественного развития они не тождественны. Понятию «дигитизации» (digitization) соответствует более органичный в русском языке термин «оцифровка». Под оцифровкой ученые и практики предлагают понимать перевод информации из аналоговой формы в цифровую, ее перенос с физических (бумажных) носителей на цифровые (например, [3, c. 15] и [4, c. 392]). Таким образом, оцифровка представляет собой процесс формирования исходного информационного ресурса для последующих структурных изменений в процессах и механизмах взаимодействия индивидов под воздействием развития ИКТ.

Термин «цифровизация» шире, поскольку он отражает процессы использования информации в цифровой форме при помощи соответствующего инструментария и инфраструктуры. Так, В. А. Плотников предлагает рассматривать цифровизацию как процесс «внедрения цифровых технологий обработки, передачи, хранения и визуализации данных в различные сферы человеческой деятельности» [5, с. 20]. Ю. И. Грибанов предлагает под цифровизацией понимать «социально-экономический процесс,

предшествующий цифровому преобразованию и создающий его основу, заключающейся в реструктуризации и преобразовании каналов взаимосвязей вокруг применяемых цифровых технологий (настройка так называемого цифрового взаимодействия)» (цит. по [6, с. 35]). Аналогичный подход предлагает использовать и А. Ю. Ко-сенков, определяя цифровизацию как «процесс внедрения цифровых технологий, основными векторами которого являются количественное увеличение и качественное совершенствование цифровых компьютеров, внедрение сетевых технологий и виртуализация» [7, c. 247]. Цифровизация относится к разработке и внедрению систем ИКТ и сопутствующим организационным изменениям, она включает преобразование со-циотехнических структур, ранее опосредованных нецифровыми артефактами, в структуры, опосредованные оцифрованными артефактами.

Можно утверждать, что оцифровка и цифровизация представляют собой, по сути, механические процессы обновления социально-экономической среды. Если оцифровка облекает информационные ресурсы в новую форму, то цифровизация обеспечивает общество соответствующей инфраструктурой для ее обработки и использования. Два этих процесса взаимосвязаны и взаимообусловлены, но, во-первых, не тождественны друг другу и, во-вторых, отражают в первую очередь количественные изменения социума, но не качественные.

В то же время, с одной стороны, «по мере развития технологий, использующих цифровое представление информации, они становятся все более эффективными и выгодными экономически» [8, c. 6], а с другой стороны, развитие информационно-коммуникационных технологий, их внедрение и «их освоение обществом радикально влияют на условия жизни человека, поскольку изменяют наши отношения с самими собой, с другими людьми и с миром в целом. Переход к цифровым технологиям меняет устоявшиеся референтные рамки, влияющие на общественное пространство» [9, с. 41].

Оцениваемые количественно технические процессы оцифровки и цифровизации выступают как элементы более широкого, качественного процесса «цифровой трансформации». Ю. И. Грибанов рассматривает цифровую трансформацию в первую очередь с экономической точки зрения и определяет ее как «перевод элементов социально-экономической системы в цифровое пространство для взаимодействия с использованием максимума потенциала внедренных цифровых технологий» (цит. по [6, с. 35]). Более широкий, междисциплинарный подход использует в своих работах А. Ю. Косен-ков, характеризующий цифровую трансформацию как «комплекс многомерных трансформаций, выраженных в первую очередь в изменении параметров информационных процессов социальной реальности, трансформации институциональной структуры, социального пространства, к появлению новых практик и других процессов» [7, c. 247].

Г. Виал выработал универсальное определение цифровой трансформации, применимое на различных уровнях исследования. По его мнению, под цифровой трансформацией следует понимать «процесс, направленный на улучшение объекта путем инициирования значительных изменений его свойств за счет сочетания информационных, вычислительных, коммуникационных и сетевых технологий» [10, c. 118].

Таким образом, категорию дигитизации / оцифровки можно представить как составную часть процесса цифровизации, которая, в свою очередь, является неотъемлемой составляющей цифровой трансформации. Соотношение между данными категориями визуализировано на рисунке 1.

Многомерность процессов цифровой трансформации отражается в специальных ее определениях, касающихся отдельных сфер и областей социума. Так, Т. Кудрявцева определяет цифровую трансформацию как «использование оцифрованной информации и цифровых технологий для внесения изменений в бизнес-процессы и бизнес-модели» [11, c. 150]. Сходной точки зрения придерживаются М. Эллинг и М. Леманн, которые интерпретируют цифровую трансформацию как «интеграцию аналогового

и цифрового миров с новыми технологиями, улучшающими взаимодействие с клиентами, доступность данных и бизнес-процессы» [12, с. 363].

Рисунок 1 — Соотношение и взаимосвязь категорий дигитизация (оцифровка), цифро-

визация и цифровая трансформация Источник: составлено автором на основании [1-10].

Как справедливо отмечают С. Ю. Солодовников и Т. В. Сергиевич, «на охват автоматизацией и цифровизацией влияют и организационно-экономические отношения в отрасли и на предприятии» [13, с. 446]. Цифровая трансформация распространяется на различные элементы организации: стратегию, структуру, организационную культуру и производительность. Следовательно, эти организационные элементы должны быть приспособлены к новым условиям функционирования, и «если они будут изменены правильным образом, то это может привести к желаемой организационной эффективности в новых условиях» [14, с. 2]. В. В. Богатырева и Ю. Ш. Салахова в работе [15] подчеркивают тот факт, что внедрение цифровых технологий и оцифровка информации являются необходимыми, но не достаточными факторами экономического развития и не могут обеспечить его вне контекста инновационной направленности хозяйственной деятельности в целом и организационно-управленческих механизмов в частности. Они отмечают, что «усложнение социально-экономических отношений уже само по себе является риском, поскольку чем сложнее социальная система, тем сложнее ей управлять и тем труднее за счет самоорганизации установить баланс социально-экономических интересов» [15, с. 10].

Как отмечает Э. В. Павлыш, «инфраструктура ИКТ способствует экономическому росту, поскольку она является ключевым инструментом обработки информации и, таким образом, — главным посредником инновационного процесса помимо финансовых ресурсов и материальной инфраструктуры. Но поскольку инфраструктура является инструментом, ее нельзя рассматривать как самостоятельный фактор. Использование инфраструктуры ИКТ зависит от качества пользователей и, с другой стороны,

от качества учреждений, ответственных за взаимодействие между различными компонентами в рамках инновационных систем на разных уровнях экономического пространства» [16, с. 112].

При этом на организационном уровне анализа цифровая трансформация -это процесс, в котором комбинации цифровых технологий (информационных, вычислительных, коммуникационных и сетевых) создают и усиливают структурные и функциональные сдвиги в обществе и отрасли, вызывая потребность в стратегических ответных мерах организаций по использованию цифровых технологий для изменения своих цепочек формирования стоимости. Это, в свою очередь, предопределяет необходимость принятия и реализации управленческих решений относительно внедрения новых технологий и изменений в способах выполнения и организации работы. На внешнем контуре организации подобные решения обусловливаются параллельно идущей цифровой трансформацией заинтересованных сторон, таких как поставщики, конкуренты и клиенты. Таким образом, цифровая трансформация является одновременно специфическим для организации внутренним процессом и результатом внешнего воздействия со стороны более широкой бизнес-системы. В то же время трансформация бизнеса реализуется на основании управленческих решений о стратегическом внедрении и интеграции конкретных цифровых технологий с сопутствующими изменениями в бизнес-процессах и методах работы.

Цифровизация и цифровая трансформация слишком часто рассматриваются в широком контексте для предприятий, экономики и общества и, таким образом, остаются слишком абстрактными в разрезе организационно-управленческой деятельности и организационно-управленческих инноваций. Организационно-управленческие инновации — это «различные изменения в процессах, технологиях, подходах управления, применение которых выводит на новый уровень развития традиционно сложившиеся процессы принятия управленческих решений» [17, с. 309]. Организационно-управленческие инновации «реализуются посредством совершенствования бизнес-процессов, методов организации работ и методов осуществления внутренних и внешних коммуникаций, направлены на повышение эффективности деятельности организации путем снижения административных и трансакционных издержек» [18, с. 24].

Дальнейший переход к интенсивному типу экономического роста, базирующийся на активизации инновационной деятельности, является стратегическим приоритетом экономического развития Российской Федерации, закрепленным в соответствующих программных документах. При этом содержание программ инновационного развития концентрируется вокруг ключевых технологий и, соответственно, технологических инноваций. Накопленная за последнее десятилетие статистика свидетельствует о недостаточной эффективности данного подхода, а низкий удельный вес нетехнологических (в первую очередь — организационно-управленческих) инноваций подтверждает сформировавшееся в мировой науке и практике мнение о том, что без институционального базиса, сформированного организационно-управленческими инновациями, результативность внедрения технологических инноваций оказывается недостаточной.

Программы инновационного развития, нормативно-правовое обеспечение и инновационная политика на общегосударственном и региональном уровнях сконцентрирована, в первую очередь, на продуктных и процессных инновациях. Организационно-управленческий аспект инновационной деятельности при этом отходит на второй план. Специальная роль и значение организационно-управленческих инноваций как неотъемлемого компонента инновационной системы в условиях цифровой трансформации не акцентируется и, как правило, самостоятельно не исследуется. Таким образом, пренебрежение институциональной основой интенсификации инновационных процессов в условиях цифровой трансформации приводит к недостаточной их эффективности вследствие дефицита адаптивности и гибкости управленческих систем в ди-

намичной рыночной среде. Как справедливо замечает Н. П. Беляцкий, «причиной разрыва между уровнем технологической вооруженности и производительностью является то, что темп внедрения новых технологий опережает скорость цифровой восприимчивости» [19, с. 27]. Так, С. Ю. Солодовников и Т. В. Сергиевич в работе [13] предлагают четыре стратегических направления цифровой трансформации бизнес-моделей, среди которых выделяют «цифровую трансформацию системообразующих подсистем и процессов предприятия, не обеспечивающих напрямую рост его экономической эффективности и капитализации, а отвечающих за функционирование и устойчивость системы в целом» [13, с. 449]. Организационно-управленческие инновации в данном случае представляют собой структурный инструмент адаптации предприятия и отрасли в целом к трансформирующейся под воздействием цифровых технологий экономической реальности.

В общем и целом, вышеозначенные аспекты позволяют сформулировать следующее соотношение между отдельными элементами цифровой трансформации и инновационными процессами: оцифровка представляет собой ресурсную составляющую, обслуживающую инновационные процессы и инновационную инфраструктуру на уровне предприятия, отрасли, региона и национальной экономики в целом. Опосредуя процессы обмена информацией, оцифровка способствует новым способам продвижения товара. Цифровизация как более широкая категория уже обеспечивает инновационную систему, с одной стороны предоставляя лучшие возможности для научно-технической деятельности, а с другой стороны — выступая предметом технологических (в первую очередь, продуктных и процессных) инноваций. Цифровизация предоставляет организации дополнительные возможности, одновременно генерируя дополнительные организационно-экономические риски. Результативность использования организацией возможностей и нивелирования рисков цифровизации определяется процессами адаптации организации к новой (цифровой) реальности в рамках цифровой трансформации социума в целом и экономики в частности.

Цифровая трансформация же как многомерный комплекс изменений в формате социального взаимодействия является одновременно и предпосылкой, и результатом организационно-управленческих инноваций, при этом последние отвечают не только за финансовый результат предприятий, но за эффективность и результативность адаптации хозяйствующих субъектов к новой реальности. Организационно-управленческие инновации как проводник организационных изменений обеспечивают те качественные изменения в организации, которых требует динамичная, высококонкурентная цифровая бизнес-среда (рисунок 2).

Рисунок 2 — Взаимосвязь оцифровки, цифровизации и цифровой трансформации с отдельными категориями инноваций Источник: составлено автором.

Выводы. Проведенное нами исследование позволяет сформулировать ряд основных выводов:

— во-первых, не отрицая взаимосвязанность и взаимообусловленность процессов «дигитизации», «цифровизации» и «цифровой трансформации», следует четко разграничивать данные явления, по сути, масштабам и характеру влияния на экономику. «Дигитизация» (перевод информации на цифровые носители) и «цифровизация» (внедрение информационно-коммуникационных технологий и соответствующее преобразование социотехнических систем) — технико-технологические составляющие «цифровой трансформации» — качественного многомерного явления, представляющего собой комплекс фундаментальных изменений социальных отношений под воздействием информационно-коммуникационных технологий и выходящее далеко за рамки технологических и экономических структур;

— во-вторых, процессы цифровизации и дигитизации в экономическом плане органично взаимосвязаны с инновационной средой. Дигитизация ускоряет информационные процессы, позволяет сократить трансакционные издержки и стимулирует коммуникационные и маркетинговые инновации. Цифровизация является одновременно фактором и предметом технологических инноваций, в первую очередь про-дуктных и процессных;

— в-третьих, цифровая трансформация больше связана со стратегическим мышлением и изменениями, а не с технологиями. Успешные усилия по трансформации зависят от готовности (адаптированности) организации к цифровой реальности. Цифровая трансформация требует структурных изменений, реорганизации внутриорганиза-ционных процессов и моделей взаимодействия с внешней средой. Ключевым инструментом, обеспечивающим цифровую зрелость предприятия, являются нетехнологические (организационно-управленческие) инновации.

Итак, цифровая «зрелость» организаций определяет их стратегическую конкурентоспособность в условиях цифровой трансформации социально-экономической реальности. Обеспечение цифровой зрелости реализуется через организационно-управленческие инновации. В этих условиях дополнительной проработки требуют вопросы форм, методов и основные направления внедрения организационно-управленческих инноваций в экономике Российской Федерации, а также механизмов их стимулирования и контроля со стороны государства, что и представляет собой перспективное направление наших дальнейших исследований.

Список использованных источников

1. Савельев, И. И. Цифровая экономика и цифровизация: понятие, сущность, значение / И. И. Савельев, Н. В. Абдуллаев // Экономика и управление: проблемы, решения. — 2018. — Т. 2., № 11. — С. 13-18.

2. Ильина, Е. М. Теоретико-методологические основы цифровой трансформации / Е. М. Ильина // Иппокрена. — 2020. — № 2 (37). — С. 31-42.

3. Bumann, J. Action Fields of Digital Transformation — A Review and Comparative Analysis of Digital Transformation Maturity Models and Frameworks / J. Bumann, M. Peter. — Digitalisierung und andere Innovationsformen im Management. — Basel : Gesowip, 2019. — 343 p.

4. Ценжарик, М. К. Цифровая трансформация компаний: стратегический анализ, факторы влияния и модели / М. К. Ценжарик, Ю. В. Крылова, В. И. Стешенко // Вестник Санкт- Петербургского университета. Экономика. — 2020. — Т. 36., Вып. 3. -С.390-420.

5. Плотников, В. А. Цифровизация производства: теоретическая сущность и перспективы развития в российской экономике / В. А. Плотников // Известия СПбГ-ЭУ. — 2018. — № 2. — С. 16-24.

6. Шиплюк, В. С. Сущность категории «Цифровизация» и ее место в технологическом развитии / В. С. Шиплюк // Вестник Владимирского государственного университета имени А. Г. и Н. Г. Столетовых. Серия: Экономические науки. — 2020. -№ 3(25). — С. 23-39.

7. Косенков, А. Ю. Процессы цифровизации: сущность, ключевые векторы и стратегии исследования / А. Ю. Косенков // Философские исследования. — 2021. -№ 8.- С. 242-249.

8. Козырев, А. Н. Цифровая экономика и цифровизация в исторической ретроспективе / А. Н. Козырев // Цифровая экономика. — 2018. — № 1. — С. 5-19.

9. Floridi, L. The Onlife Manifesto: Being Human in a Hyperconnected Era / L. Flo-ridi. — New York : Springer, 2015. — 264 p.

10. Vial, G. Understanding digital transformation: a review and a research agenda /

G. Vial // The Journal of Strategic Information Systems. — 2019. — Vol. 28, № 2. — P. 118-144.

11. Кудрявцева, Т. Ю. Основные понятия цифровизации / Т. Ю. Кудрявцева, К. С. Кожина // Вестник Академии знаний. — 2021. — №3 (44). — C. 149-151.

12. Eling, M. The impact of digitalization on the insurance value chain and the insurability of risks / M. Elling, M. Lehmann // Geneva Pap. R. I. — 2018. — Iss. 43(3). -P. 359-396.

13. Солодовников, С. Ю. Направления совершенствования бизнес-моделей промышленных предприятий в Республике Беларусь в условиях цифровизации / С. Ю. Солодовников, Т. В. Сергиевич // Наука и техника. — 2022. — Т. 21, № 5. — С. 444-450.

14. Csedo, Z. How does Digitalization Affect Change Management: Empirical Research at an Innovative Industrial Group / Z. Csedo, M. Zavarko // European Journal of Business and Management. — 2017. — Vol. 9, № 36. — P. 1-5.

15. Богатырева, В. В. Перспективы и риски, связанные с появлением новых форм человеческого капитала и мотивации труда в условиях развития цифровой экономики в Республике Беларусь / В. В. Богатырева, М. Ю. Бобрик, Ю. Ш. Салахова // Экономическая наука сегодня : сб. науч. ст. / БНТУ. — Минск, 2022. — Вып. 15. — С. 714. https://doi.org/10.21122/2309-6667-2022-15-7-14

16. Богатырева, В. В. Исследование зависимости экономического роста в Республике Беларусь от развития человеческого и информационно-технологических компонентов инновационной системы / В. В. Богатырева, Э. В. Павлыш, Ю.Ш. Салахова, В.А. Антоненко // Ганза: деловое сотрудничество как ресурс устойчивого экономического развития: материалы Междунар. науч. конф., Псков, 21-23 мая 2019 г. / Псковский государственный университет. — Псков, 2020. — Часть I. — С. 108-114.

17. Киселева, О. Н. Диффузия организационно-управленческих инноваций как фактор интенсификации процессов экономического развития предприятий России / О. Н. Киселева // Вестник Пермского университета. Серия: Экономика. — 2020. — Т. 15, № 2.- С. 307-323.

18. Карлик, А. Е. Организационно-управленческие инновации в обеспечении информационно-сетевой экономики / А. Е. Карлик, В. В. Платонов, С. А. Кречко. -Санкт-Петербург : Санкт-Петербургский государственный экономический университет, 2020. — 171 с.

19. Беляцкий, Н. П. Цифровые трансформации управления персоналом /

H. П. Беляцкий, А. А. Подупейко // Вестник Белорусского государственного экономического университета. — 2019. — № 4 (135). — С. 24-30

_Статья поступила в редакцию 31 октября 2022 года

DIGITIZATION, DIGITALIZATION AND DIGITAL TRANSFORMATION

IN THE CONTEXT OF INNOVATIVE DEVELOPMENT

AND ORGANIZATIONAL AND MANAGEMENT INNOVATIONS

S. R. Turkovsky, postgraduate student, Plekhanov Russian University of Economics Moscow, Russian Federation

The article analyzes the content of the concepts of digitization, digitalization and digital transformation. The interrelation, distinctions and a parity between the given categories is investigated. It is proposed to consider the category of digitization as a sub-process of digitalization, and the digitalization process as a technological driver of digital transformation. The interdependence of the processes of digitalization and innovative development is substantiated. The role and place of digitalization in the intensification of innovative activity and the conditionality of the effectiveness of digital transformation by the corresponding organizational and managerial innovations are revealed.

Keywords: digitization, digitalization, digital transformation, organizational and managerial innovations

1. Saveliev, I. I., Abdulaev, N. V. (2018) Digital economy and digitalization: concept, essence, meaning. Ekonomika i upravleniye: problemy, resheniya. 2 (11), 13-18. (In Russian).

2. Ilyina, E. M. (2020) Theoretical and methodological foundations of digital transformation. Ippokrena, 2 (37), 31-42. (In Russian).

3. Bumann, J., Peter, M. (2019) Action Fields of Digital Transformation — A Review and Comparative Analysis of Digital Transformation Maturity Models and Frameworks. Basel, Gesowip.

4. Tsenzharik, M. K., Krylova, Yu. V., Steshenko, V. I. (2020) Digital transformation of companies: strategic analysis, factors of influence and models. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. Ekonomika, 36 (3), 390-420. (In Russian).

5. Plotnikov, V. A. (2018) Digitalization of production: theoretical essence and development prospects in the Russian economy. Izvestiya SPbGEU. (2), 16-24. (In Russian).

6. Shiplyuk, V. S. (2020) The essence of the category «Digitalization» and its place in technological development. Vestnik Vladimirskogo gosudarstvennogo universiteta imeni A. G. i N. G. Stoletovyh. Seriya: Ekonomicheskie nauki. 3 (25), 23-39. (In Russian).

7. Kosenkov, A. Yu. (2021) Digitalization processes: essence, key vectors and research strategies Filosofskiye issledovaniya. (8), 242-249. (In Russian).

8. Kozyrev, A. N. (2018) Digital economy and digitalization in historical retrospective. Tsifrovaya ekonomika. 1 (1), 5-19. (In Russian).

9. Floridi, L. (2015) The Onlife Manifesto: Being Human in a Hyperconnected Era. New York, Springer.

10. Vial, G. (2019) Understanding digital transformation: a review and a research agenda. The Journal of Strategic Information Systems. 28 (2), 118-144.

11. Kudryavtseva, T. Yu., Kozhina, K. S. (2021) Basic concepts of digitalization. Vestnik Akademii znaniy, 3 (44), 149-151. (In Russian).

12. Eling, M., Lehmann, M. (2018) The impact of digitalization on the insurance value chain and the insurability of risks. Geneva Pap. R. I., 43 (3), 359-396.

13. Solodovnikov, S. Yu., Sergievich, T. V. (2022) Directions for improving business models of industrial enterprises in the Republic of Belarus in the context of digitalization. Nauka i tekhnika. 21 (5), 444-450. (In Russian).

14. Csedo, Z., Zavarko, M. (2017) How does Digitalization Affect Change Management: Empirical Research at an Innovative Industrial Group. European Journal of Business and Management, 9 (36), 1-5.

15. Bogatyreva, V. V., Bobrik, M. Yu., Salakhova, Yu. Sh. (2022) Prospects and risks associated with the emergence new forms of human capital and labor motivation in the context of the development of the digital economy in the Republic of Belarus. Ekonomich-eskaya nauka segodnya. (15), 7-14. (In Russian).

16. Pavlysh, E. V., Bogatyreva, V. V., Salakhova, Yu. Sh., Antonenko, V. A. (2020) The research of the dependence of economic growth in the Republic of Belarus on the development of human and information technology components of the innovation system. Ganza: delovoe sotrudnichestvo kak resurs ustojchivogo ekonomicheskogo razvitiya [Ganza: business cooperation as a resource for sustainable economic development]: materials of the International Scientific Conference. In 3 vol. Vol. 1. Pskov, Pskovskij gosudarstvennyj univer-sitet, pp. 108-114. (In Russian).

17. Kiseleva, O. N. (2020) Diffusion of organizational and managerial innovations as a factor in intensifying the processes of economic development of Russian enterprises. VestnikPermskogo universiteta. Ekonomika. 15 (2), 307-323. (In Russian).

18. Karlik, A. E., Platonov, V. V., Krechko, S. A. (2020) Organizatsionno-upravlencheskiye innovatsii v obespechenii informatsionno-setevoy ekonomiki [Organizational and managerial innovations in providing information and network economy] Saint-Petersburg, Saint-Petersburg State University of Economics. (In Russian).

19. Belyatsky, N. P., Podupeyko, A. A. (2019) Digital transformations of personnel management. Vestnik Belorusskogo gosudarstvennogo ekonomicheskogo universiteta. 4 (135), 24-30. (In Russian).